16+
Вторник, 25 июня 2024
  • BRENT $ 85.98 / ₽ 7512
  • RTS1122.06
2 октября 2023, 20:51 Право

Как картины Левитана и Поленова рассорили семью коллекционера Ларионова

Лента новостей

Его родную сестру-близнеца суд приговорил к четырем годам условно, а сына друга — к такому же, но реальному сроку за хищение коллекции антиквариата. Уголовное дело инициировал сын покойного

Надежда Ларионова и Илья Новоселов.
Надежда Ларионова и Илья Новоселов. Фото: стоп-кадр из видео

Вынесением приговора завершился в Замоскворецком суде Москвы спор вокруг наследства известного художника-коллекционера Виктора Ларионова. За кражу коллекции антиквариата и картин, среди которых были работы Левитана и Врубеля стоимостью более 39 млн рублей, его родная сестра-близнец 79-летняя Надежда Ларионова получила четыре года колонии условно, а сын друга покойного, 55-летний Илья Новоселов был осужден на такой же, но реальный срок. Отбывать его он должен в колонии строгого режима.

77-летний художник-реставратор Виктор Ларионов скончался 26 августа 2020 года. За три месяца до этого у него обнаружили рак, который принял скоротечную форму.

При жизни художник собрал большую коллекцию старинных и антикварных вещей. Среди них были не только картины Левитана, Врубеля, Поленова и Бурлюка, но и гравюры Рембрандта и Дюрера, а также живопись эпохи Возрождения. «У него было много эксклюзивных вещей — древнее стекло, а также подсвечники XI-XIII веков, керамика времен ордынского ига», — рассказал Business FM адвокат Анатолий Пчелинцев, представлявший интересы потерпевшего. Им по делу был признан сын покойного, 36-летний Михаил Ларионов, забросивший много лет назад учебу в инязе и работающий ныне в трапезной одного из московских монастырей.

«Когда отец Михаила заболел, он предупредил его, что деньги на лечение и уход — 3 млн рублей, а также два золотых слитка весом по 50 граммов — у него хранятся в сейфе, но Мишу к этим деньгам так и не подпустили», — посетовал юрист.

Он признался, что, когда в 2018 году у Михаила умерла мать (она была с его отцом в разводе), а через полтора месяца скончалась и бабушка, у 31-летнего Михаила случился срыв, и он запил. Отцу это не понравилось. И когда он заболел, то заботиться о себе поручил не Михаилу, а сыну своего друга, 52-летнему тогда Илье Новоселову, а также своей сестре-близнецу Надежде.

По словам юриста, еще когда коллекционер был жив, те начали изолировать сына от отца: вместо Виктора снимали трубку телефона, а когда мужчина попал в больницу, даже не сообщили, в какую именно, и Михаилу Ларионову пришлось разыскивать отца через родственника-медика.

«Наследник первой очереди»

При этом тетя уверяла племянника, чтобы тот не переживал: все имущество отца достанется ему, ведь он наследник первой очереди. Ему отойдет «трешка», в которой он жил вместе с мамой и бабушкой на Ленинском проспекте. И хотя однокомнатную квартиру на Большой Пионерской улице в районе метро «Павелецкая» антиквар 14 июня 2020 года завещал сестре, та заверила племянника, что и эта недвижимость со временем отойдет Михаилу, ведь своих детей у Надежды не было.

Поначалу наследник не почуял подвоха, но вскоре после похорон тетя стала вести себя с ним холодно. «Почувствовав неладное, он отправился к нотариусу, вступил в наследство, но в квартиру так и не смог попасть, так как ключи были у тети, — продолжил Пчелинцев. — Оказалось, что сестра, которая была указана как контактное лиц в договоре, даже не известила вневедомственную охрану о том, что владелец квартиры умер. Ей позвонили и предупредили, что будут снимать квартиру с охраны». Для того чтобы без его ведома никто не смог зайти внутрь, Михаил забил замочные скважины зубочистками и жвачкой, а когда на следующий день, 1 октября, приехал в квартиру отца, оказалось, что оттуда тетя вместе с Новоселовым вывезли уже весь антиквариат. Консьержка, которая хорошо знала сестру покойного, а также слесарь, вскрывший дверь, ничего не заподозрили.

Заявление в полицию

Когда 1 октября 2020 года Ларионов-младший написал заявление в ОВД «Замоскворечье», началась проверка. Но вскоре заявитель обращение отозвал. Надежда Николаевна его заверила: «Миша, это все твое, мы тебе вернем». Она и Новоселов пообещали отдать Михаилу десять предметов из коллекции и 5 млн рублей. В итоге дали всего 1 млн и обязались каждый месяц выплачивать по 40 тысяч рублей. «Чтобы не сажать свою пожилую тетю, Михаил согласился. Он пошел и написал заявление, что претензий не имеет», — продолжил рассказ адвокат.

А вскоре наследник узнал, что квартиру отца, которую тетя обещала оставить ему, та оперативно завещала Илье Новоселову. Последний, кроме того, предъявил договор дарения, согласно которому коллекцию из 75 предметов искусства и антиквариата, включая картины и рисунки Врубеля, Левитана, Поленова, Виктор Ларионов 14 июня 2020 года подарил ему. Договор не был заверен нотариально. Наследник повторно обратился в правоохранительные органы. Было возбуждено уголовное дело по двум статьям: «кража с причинением значительного ущерба» (ч. 2 ст. 158 УК РФ), а также «хищение предметов, имеющих особую культурную и художественную ценность» (ч. 2 ст. 164 УК РФ).

«Впоследствии криминологическая экспертиза установила, что договор дарения был поддельным, — заявил Анатолий Пчелинцев. — Подпись дарителя стояла лишь на последней, 25-й странице, листы не были пронумерованы. Интересно, что в тот же день Ларионов вызывал нотариуса, чтобы завещать квартиру сестре. В том же завещании он попросил, чтобы его похоронили рядом с родителями на Введенском кладбище. То есть он предусмотрел даже такие детали. Если бы он хотел подарить коллекцию Новоселову, то достаточно было одной фразой указать это в документе», — обращает внимание представитель потерпевшего.

Аннулированный договор

В марте 2021 года Измайловский суд Москвы признал договор дарения коллекции антиквариата в пользу Ильи Новоселова незаключенным. По решению следствия коллекция была передана наследнику на хранение. При этом, как утверждает адвокат Ларионова-младшего, изымая у Новоселова 75 предметов искусства, следователи обнаружили у мужчины еще 26 старинных предметов из собрания Виктора Ларионова. Они не были указаны в договоре.

Как утверждает наследник, часть предметов уже успели пропасть, например костяная статуэтка VIII века «Христос — добрый пастырь», за которую Лувр в свое время предлагал его отцу 700 тысяч евро.

Ни в ходе следствия, ни в ходе судебного процесса фигуранты вину не признали. Защита считает, что в их действиях нет состава преступления, а спор носит сугубо гражданско-правовой характер.

«Разочаровавший» семью

По мнению адвоката Ильи Новоселова Айрата Хикматуллина, в ходе процесса множество свидетелей подтвердили: покойный Виктор Ларионов не хотел оставлять наследство сыну.

«На мой взгляд, это было установлено стопроцентно. Это говорили практически все свидетели, допрошенные в суде, вплоть до священника. Они сказали, что и накануне смерти Ларионова, и задолго до нее Михаил наркоманил, пил, курил, не работал и разочаровал всю семью», — рассказал Business FM адвокат.

Он называет показательным тот момент, что, когда у матери Михаила Ларионова (с ней он жил после развода родителей) нашли онкологию, та перед смертью попросила бывшего мужа переписать ее «трешку» на Ленинском проспекте обратно на себя. «Она, когда умирала, позвонила бывшему супругу и сказала: давай я квартиру на тебя перепишу. Потому что, если она останется сыну, он ее пропьет. А так, зная тебя, я буду уверена, что ему будет где жить. И Виктор Ларионов согласился. В итоге мать Михаила умерла в хосписе. Потому что, когда пришел участковый и спросил, будет ли он за ней ухаживать, он отказался (сам Михаил в суде заявил, что мать пробыла там всего полтора дня. — Business FM)», — поведал Хикматуллин.

По его словам, вплоть до своей смерти коллекционер платил коммуналку за эту квартиру, зная, что, когда его не станет, «трешка» все равно отойдет сыну. А вот оставлять «однушку» на «Павелецкой» ему он никогда не планировал, а хотел подарить сестре.

Что же касается 55-летнего Ильи Новоселова, то, по словам адвоката, усопший антиквар знал его много лет и любил как сына.

Доводы защиты

По версии последнего, Ларионов озвучил свое желание оставить ему коллекцию в присутствии нотариуса, когда завещал квартиру сестре. Однако привлекать для оформления договора дарения коллекции нотариуса не стали, так как последний пояснил, что, во-первых, для этого потребуется оценка всех предметов (а следовательно, время), а во-вторых, его услуги составят процент от общей их стоимости. «Нотариус разъяснил, что они сами могут заключить договор в простой письменной форме», — рассказал защитник. Он отметил, что, хотя в итоге Измайловский суд Москвы и признал договор дарения коллекции антиквариата неправильно заключенным из-за неверного оформления, документ все же не был признан поддельным. «Поэтому в рамках уголовного дела Новоселову и не вменялась подделка документов», — подчеркнул он.

По его словам, после того как тетя и Илья Новоселов рассказали, что унаследовали первая — квартиру, а второй — коллекцию, то согласились отдать опечаленному Михаилу часть предметов старины и договорились встретиться через 40 дней. А 30 сентября сработала сигнализация в квартире покойного. В тот же день вневедомственная охрана отказалась продлять договор на охрану квартиры до получения Надеждой Ларионовой свидетельства о праве собственности на жилье. Поскольку консьержка сказала сестре, что приходили какие-то мужчины, та запаниковала и испугалась, что квартиру могут ограбить воры. Именно этим она объяснила решение отвезти к Новоселову все ценности.

Адвокат отметил, что весь антиквариат так и лежал у Новоселова в коробках, когда следователи его изъяли и передали Михаилу Ларионову. Доводы об исчезновении кое-каких предметов он отрицает и называет «сказкой».

Приговор

Однако 2 октября суд признал обоих фигурантов виновными в инкриминируемых преступлениях. Прокурор требовал для Надежды Ларионовой шесть лет заключения в колонии общего режима, но суд назначил ей условный срок в четыре года. В прениях сторон Михаил Ларионов просил не лишать тетю, которой через месяц исполнится 80 лет, свободы. Илья Новоселов, получивший такой же, но реальный срок, был взят под стражу в зале суда. До этого оба фигуранта находились под подпиской о невыезде.

Анатолий Пчелинцев удовлетворен приговором суда. После его вступления в силу представитель потерпевшего планирует потребовать в судебном порядке признания Надежды Ларионовой недобросовестной наследницей, чтобы впоследствии аннулировать завещание брата, оставившего ей квартиру в центре города.

В свою очередь адвокаты осужденных намерены обжаловать приговор. По словам Айрата Хикматуллина, злополучную коллекцию, признанную по делу вещдоком, участники процесса так и не увидели — несмотря на ходатайство защиты, суд отказался ее обозреть. «Коллеги покойного Виктора Ларионова в суде заявили, что предметы из нее предлагают к продаже», — сказал адвокат Business FM. Он добавил, что «трешка» на Ленинском проспекте в настоящее время уже не принадлежит Михаилу Ларионову. «Согласно выписке из Росреестра (копия имеется в распоряжении Business FM), в декабре 2022 года ее собственником стала Елена Афонина, чья фамилия совпадает с фамилией главного свидетеля обвинения, коллекционера Сергея Афонина. Он дружил с покойным и заявил в суде, что ничего не слышал о планах Виктора Ларионова оставить коллекцию Новоселову», — заметил адвокат.

В свою очередь представитель потерпевшего назвал доводы оппонентов голословными. По его словам, в суде свидетели не смогли ответить на вопрос, какие именно из предметов коллекции они якобы видели в продаже. «Кроме того, на стадии следствия все предметы коллекции были осмотрены и сфотографированы в присутствии понятых, по ним была проведена искусствоведческая экспертиза. Поэтому оснований их везти в суд не было. Тем более что многие из них являются очень хрупкими предметами», — сказал Анатолий Пчелинцев.

Рекомендуем:

Фотоистории

Рекомендуем:

Фотоистории
BFM.ru на вашем мобильном
Посмотреть инструкцию